«Евразийский подход»: занятость важнее зарплаты

«Евразийский подход»: занятость важнее зарплаты

«Евразийский подход»: занятость важнее зарплаты

Какие процессы происходили с заработной платой, каким образом она влияла на протекание адаптационных процессов? Занятость продолжала оставаться мало чувствительной к шоковым встряскам, в то время как реальная зарплата реагировала противоположно она была гиперчувствительной. Заработная плата реагировала на все три мощные негативные шоки, которые произошли за первое десятилетие трансформации (1992, 1994, 1998 гг.), и каждый раз она стремительно «опускалась» вниз практически на двадцать пять или тридцать процентов от предкризисной величины, проходя, наверное, предполагаемый уровень с экономической точки зрения. Претерпев очередное падение, она опять начинала подниматься, стремясь восстановить упущенное за кризисное время.

Процесс адаптации заработной платы опирался и на множество «смежных» инструментов, таких как:

— наличие долгов по заработной плате, которые были широко распространены в 1990-х гг.;
— теневые заработки; большая вариативность рабочего дня.

В период после кризиса реальная заработная плата наоборот стремительно росла, каждый год отмечался её рост двузначными величинами. Такие результаты функционирования рынка труда России ещё более поразительны, если учесть, что по своему формальному устройству он мало отличался от рынков стран Центральной и Восточной Европы.

Читайте также  Управление качеством обучения - фактор профессионализма

Ещё в начале периода перехода в Российской Федерации ввели следующие базовые институты:

— минимальная зарплата, пособие по безработице,
— налог на зарплату (в том числе и обязательные отчисления работодателей),
— единая тарифы на оплату бюджетных работников, появились объединения работодателей,
— произошло реформирование профсоюзов, начала свою работу Трёхсторонняя комиссия.

Было произведено рассмотрение Трудового Кодекса, целью которого было адаптировать его к новым реалиям рынка. Однако, каким бы парадоксальным не казалось при этом поведение заработной платы, его не следует называть простой аберрацией, которая случайно появилась на рынке труда России, потому что оно постоянно воспроизводилось и имело явно системные свойства. Рынок труда в России имел «пластичный» характер функционирования, как в период спада, так и в период подъёма. Но в то же время его сущность и уровень пластичности были целиком своеобразными.

Читайте также  Жизнь профессионально занятых женщин

Можно так выразиться, что в экономике России можно было видеть такую «гибкость наоборот», из-за того, что на месте большой эластичности занятости была очень высокая гибкость заработной платы. Британский экономист Ричард Лэйард, который наблюдал за началом процесса перехода в России, еще в 1994 году назвал эту модель адаптации особым «российским путём». И, несмотря на то, что рыночная экономика в России в то время была в младенческом возрасте как институт, за прошедшее с тех пор время модель её осталась неизменной в своей фундаментальности. Показывая с течением времени всё большую устойчивость. В странах Содружества есть похожие модели, поэтому в некоторых источниках её называют «евразийским подходом», она является противоположной по свойствам «европейскому подходу», который принят в странах Центральной и Восточной Европы.

Похожее ...

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *